Оружие - Форум тёмных

Добавлено (15.05.2009, 01:24)
---------------------------------------------
Парадоксально, но факт: несмотря на то что этот способ существенно сложнее для понимания и освоения, он заметно упрощает применение боевого ножа для метания и расширяет его возможности. Дело в том, что само понятие "техника метания" здесь отсутствует. Более того, любая жесткая, традиционная форма броска просто вредна для такого метания. Ведь в данном случае скорость вращения ножа зависит от формы метательного движения. Нож удерживается одним и тем же хватом, и каждое движение бойца только усиливает поражающие возможности броска. Вообще, трудно представить себе картину ближнего боя, в которую бы не вписывалось или из которого бы естественно не вытекало метание второго типа.
Разница между этими двумя способами управления огромна. Если в первом случае это безукоризненная форма, ювелирный глазомер, мгновенная настройка метательного механизма, то во втором полное единение, слияние внутреннего состояния бойца с обстановкой и целью. Завершая разговор о двух способах управления вращением ножа, следует заметить, что все сказанное верно для любых хватов боевого ножа. Если нож удерживается за рукоятку, то метание может выполняться как без оборота ножа, так и с одним полным оборотом (на 360 градусов). При метании хватом за клинок нож делает половину полного оборота (180 градусов). Но, так или иначе, при любом из этих вариантов метание может выполняться и первым, и вторым способом.

Легенда:
метательный нож делает в полете несколько оборотов. Если нож совершил больше двух оборотов, его поведение уже не сможет предугадать никто. В "Прирожденных убийцах" был момент, когда охотничий нож с грацией пропеллера пробивает стеклянную витрину и втыкается точнехонько между лопаток убегающего гражданина. Это наглядный пример того, как не бывает. Вернее, бывает по чистой случайности, не зависящей от метателя.

Кроме задач, предусматривающих уничтожение противника, бросок ножа может быть использован и в некоторых других случаях. Так, точный и сильный удар рукояткой или ножом плашмя легко остановит, а то и собьет с ног приближающегося или даже убегающего противника. Возможна и еще более травмирующая техника метания, когда нож, натыкаясь на противника рукояткой или гардой, наносит чувствительные ушибы. В некоторых случаях нож, впившийся в миллиметре от головы противника, может мгновенно утихомирить его, полностью подавив агрессию.
Иногда нож используют для отвлечения или, наоборот, привлечения внимания. Например, даже обычный красноречивый замах в сторону противника может заставить его укрыться и предоставить тем самым бойцу несколько бесценных мгновений для выхода из зоны поражения. А точное попадание, например, в металлическую бочку или оконное стекло с успехом заменит выстрел часового, поднимающего подразделение по тревоге. Не говоря уже о срабатывании сигнализации при ударе об автомобиль. Нетрудно представить себе ситуации, в которых выполнение боевой задачи зависит от того, удастся ли вывести из строя технические средства противника или нет. Перерубить линии электроснабжения или связи, вывести из строя радиостанцию или навигационные приборы, разбить лобовое стекло или прожектор, заклинить вращение механизма или авиационной турбины все это и многое другое можно совершить, если удастся мгновенным броском всадить нож в нужную точку.
Но, возвращаясь к началу, еще раз напомню о том, что метать боевой нож допустимо лишь в крайних случаях. Как правило, все перечисленные выше задачи с успехом решаются с помощью специального метательного оружия, а то и просто подручных средств.

Согласно первому источнику ТТХ арбалетов описываются следующим образом: прицельная дальность арбалета до 60 метров, дальность полета стрелы порядка 300 м. Второй же источник приводит другие цифры: на дальности до 150 шагов поражались "легкобронированные" цели, а поражение живой силы противника обеспечивалось на дальностях до 650 шагов.

Около 1530 года в Италии появились маленькие арбалеты которые можно было носить под одеждой, правительство их запретило а сенат Венеции назначил в 1542 году большой штраф за использование подобных видов оружия но это не убавило им популярности особенно среди горожан. В Испании были изобретены баллестры - арбалеты с длинной тонкой ложей, в Италии же появились шнепперы которые отличались от баллестров изогнутой, между спуском и луком, ложей. Появились модификации для стрельбы глиняными или металлическими пулями, тогда же были использованы первые прицельные приспособления. Конец XVI века ознаменовался появлением арбалетов комбинированных с огнестрельным оружием.

После этого еще некоторое время арбалет оставался одним из средств добычи дичи у охотников благодаря своей бесшумности но в связи с постепенным совершенствованием огнестрельного оружия каковое вылилось в повышении дальности и кучности стрельбы бесшумностью стали пренебрегать.

Во время Второй Мировой Войны были случаи использования арбалетов партизанами, что, впрочем, объяснялось нехваткой огнестрельного оружия.

В послевоенное дни в снова стали проводить состязания арбалетчиков, упоминания о которых до нас дошли еще с 15 века, кроме того возобновилась и охота с арбалетом. В настоящее время арбалет используется рядом спецслужб, в основном как бесшумное средство доставки для заброса веревок, установки подслушивающих устройств и пр.

Экипировка современного военнослужащего (тем более спецназовца) лишь чуть менее сложна, чем у космонавта. Широкое применение армирующих тканей типа кевлара дало возможность военным конструкторам изготовить легкое и удобное защитное снаряжение с высоким классом защиты от ножа и тупых пуль. А керамические и титановые варианты гарантированно защищают не только от узкого кинжала, но и от попаданий из автоматического оружия со сверхзвуковыми боеприпасами, оснащенными острой пулей, даже с тефлоновым покрытием.
Практически в армиях всех стран мира применяют разгрузки, ремни, портупеи, пряжки и т.д., то есть те элементы обмундирования, которые, пускай даже косвенным путем, но могут повлиять на эффективность колющего удара в корпус. Развитие любого оружия и способов его применения идет вслед за развитием защитных экипировок. Так, появление индивидуальных средств защиты от динамических повреждений (бронежилеты, шлемы и т.д.), вызвало изменение тактической окраски и технической оснащенности потенциального "бойца с ножом". Теперь приоритетными целями поражения стали не внутренние органы, а шея, лицо и предплечья противника. То есть открытые, незащищенные части тела противника, обладающие, тем не менее, большим числом кровеносных сосудов и способные, при их серьезном ранении с большой площадью рассечения, вызвать быструю потерю сознания, а при неоказании парамедицинской помощи гибель раненого.
При подобной тактической окраске предполагаемых действий боевой нож должен иметь полукруглое лезвие (по некоторым источникам стремящееся к дуге окружности) для удлинения лезвия при достаточно компактном клинке. Общая длина клинка не должна превышать уже указанных размеров в связи с тем, что качество пореза значительно зависит от центра тяжести ножа.

Добавлено (15.05.2009, 01:14)
---------------------------------------------
Постараюсь пояснить свою мысль. Если представить нож в виде рычага, где опорой будет кольцо между большим и указательным пальцем, то при значительном отклонении центра тяжести от верхнего края рукоятки в сторону кончика лезвия мы получим слабую кинематическую конструкцию, в которой короткое плечо пытается создать давление на длинном плече. Это значительно ослабит давление лезвия на поражаемую поверхность. В итоге, укоротив клинок и придав ему кривизну, разработчики получили достаточно длинное лезвие, компактные размеры и, самое главное, центр тяжести, расположенный максимально близко к месту крепления рукояти, что повысило маневренность и силу нанесения пореза.
На средней и особенно на критической дистанции в настоящее время доминируют вьетнамская, а в большей степени филиппинская система обращения с БН.
Поговорим о дистанции подробнее. Чем тактически характерно короткое расстояние до противника? В условиях реальной быстротечной схватки именно на этом расстоянии начинается силовое единоборство. Следовательно, нож должен работать на коротких амплитудах и дугообразных траекториях, чтобы как минимум избежать силового захвата режущей руки противником. Именно амплитудами и траекториями эти две системы выделялись из общего числа подобных систем, и были востребованы: по большей части в США и, естественно, в странах НАТО. И вот тут стоит поговорить о феномене, который можно назвать "деградация тактико-технических методик". Дело в том, что повальное увлечение боевыми ножами, произошедшее на волне вьетнамского синдрома, когда "зеленый берет" с закатанными рукавами, забрызганный кровью и с ножом в руках стал воплощением настоящего мужчины. Сотни любителей бросились на поиски школ, стилей и методик подготовки в данной области.

Легенда:
Серийные общевойсковые ножи наиболее эффективны. Принцип "военное значит, надежное и эффективное" на этот раз подводит. Государственные структуры, осуществляющие финансирование вооруженных сил, заинтересованы в первую очередь в том, чтобы нож был максимально дешевым. Само собой, при таком граничном условии его эффективность и надежность оставляют желать лучшего.

Спрос рождает предложение. Вот только с ножом вышла некая заминочка. Даже будучи деревянным и тренировочным, он оставался оружием, способным не только травмировать, но и убить при неосторожном либо бесконтрольном обращении. А эмигранту из Юго-Восточной Азии, преподающему столь опасные дисциплины, меньше всего хочется отвечать перед судом за травмированного ученика. Что же делать? Выход нашелся очень просто.

Добавлено (15.05.2009, 01:14)
---------------------------------------------
Во-первых, учебное оружие стало выполняться из мягких, травмобезопасных материалов, что сразу уничтожило такой фактор обучения, как чувство пореза и боль от пропущенного укола деревянным ножом. По моему глубокому убеждению, нож не может быть резиновым. Для тренировок допустим только деревянный или схожий по характеристикам пластмассовый с определенной длиной и кривизной клинка.
Во-вторых, боевая техника и тактика свелись к абстрагированным, формальным комплексам, подозрительно напоминающим ката каратэ, но только выполняемые с адекватно действующим партнером. Не имея собственного прикладного опыта, обучаемый замещал опасные по сути реальные знания на суррогат вымышленных, но имеющих коммерческий успех в силу своей внешней эффектности и безопасности в процессе обучения. Инструктор, ни разу не применявший боевой нож в реальной схватке и свято верящий, тем не менее, в свою боеготовность, даже не смешон, он откровенно вреден, так как его стереотипы и представления об алгоритме силового противостояния навязываются обучаемому.
На сегодняшний день наблюдается вырождение канонических стилей ножевого боя и своеобразный качественный скачок. Современные требования к бойцу, вооруженному ножом, предусматривают в первую очередь способность к импровизации и восприятию боя как неразрывного процесса. При этом на первый план выступает вопрос психологического кондиционирования курсанта. В традиционных восточных боевых системах это достигалось длительными медитативными упражнениями и изнурительными тренировками. Как вы сами понимаете, современное войсковое подразделение по спецоперациям, вышедшее на полевые занятия по медитации, выглядит, мягко говоря, сюрреалистично. Именно поэтому в спешном порядке разрабатываются, тестируются и внедряются разнообразные "импринт-методики", впечатывающие в подсознание обучаемого необходимые боевые навыки, "пусковые триггеры" и "якорные сцепки". О том, как подобное кондиционирование отразится на поведении человека в бытовой повседневной жизни, первоисточники глубокомысленно молч
ат. Каких-либо сведений об имеющихся в наличии или находящихся в разработке психотехниках рекондиционирования я не нашел.

Полутораручники обладали лучшей, чем у нормандских мечей, пробивной силой даже без сварки и закалки. Они уже легко пробивали кольчугу и разрубали шлем, острый же и узкий наконечник меча мог проникать между пластинами бригантины.
Относительное удешевление мечей и увеличение их пробивной силы позволило им, наконец, в значительной мере, потеснить топоры. В XIV—XV веках, меч уже являлся основным (после копья) оружием конного воина, а топор если и носился, то про запас, на тот случай, когда (технология сварки никакого «если» здесь не допускала) меч сломается.
На Руси в ранний период мечи не отличались от европейских. Но уже в XII веке господствующим стал вариант, подобный наименьшим образцам европейских полутораручников XIV—XV веков (но с рукояткой только под одну ладонь), и уже с этого времени мечи на Руси начали испытывать существенную конкуренцию со стороны дамасковых сабель и палашей, которыми и были полностью вытеснены к середине XV века.
До XIII века китайская кавалерия также использовала длинные обоюдоострые мечи весом около 1,8 кг и длиной клинка 100 см. Однако материалом для изготовления клинка служил дамаск.

Выгода двуручников заключалась в их способности пробивать сплошные доспехи (при такой длине клинка его конец двигался очень быстро, а вес обеспечивал большую инерцию) и большой досягаемости. Эти качества были особенно важны, если пеший бился против конного в полном вооружении. Двуручный меч применялся, в основном, для поединков или в разорванном строю, так как требовал большого пространства для размаха. Против копья двуручный меч давал спорное преимущество — возможность перерубить древко копья противника и, фактически, обезоружить его на несколько секунд (пока копейщик не вытащит припасенного на этот случай оружия, если оно есть) сводилась на нет тем, что копейщик был гораздо мобильнее и подвижнее. Тяжелым двуручником (к примеру, европейским эспадоном) скорее можно было сбить жало копья в сторону, чем перерубить.

Выкованные из передельной стали двуручники, в том числе и «пламенеющие клинки» — фламберги (фламбержи), преимущественно выступали в качестве вооружения наемной пехоты XVI века, и предназначались для борьбы с рыцарской кавалерией. Популярность данного клинка у наемников доходила до такой степени, что специальной буллой Папы Римского клинки с несколькими изгибами (не только фламберги, но и мечи с более короткими «пламенеющими» клинками) были признаны негуманным, не «христианским» оружием. Воину, взятому в плен с таким мечом, могли отрубить правую руку или даже убить.

Ничего магического в волнистом лезвии фламберга, кстати, не содержалось, — выгнутая кромка имела лучшие режущие свойства и при поражении получался «эффект пилы» — каждый изгиб наносил свой разрез, оставляя в ране лепестки плоти, которые мертвели и начинали загнивать. А кроме того, при скользящих ударах фламберг наносил большие повреждения, чем прямой меч.

Полутораручники, в западноевропейской теримонологии именуемые бастардами (англ. Bastard — незаконнорожденный) применялись с XIII века, но уже к середине XV века их несостоятельность при рубке европейских доспехов данного периода стала очевидной. Не только меч разумных габаритов, но и топор оказывался недостаточно силен против них. Как рубящее оружие меч совершенно перестал оправдывать себя.

С другой стороны, и совсем без меча было как-то непривычно — в плане удобства отражения ударов меч был незаменим, да и возможность нанесения им очень точных ударов позволяла, например, поражать в лицо врагов в открытых шлемах. Эти соображения в начале XV века навели европейских оружейников на мысль ковать мечи с гранёным клинком — «эстоки».

К этой же мысли несколько раньше пришли и на Руси, где такое оружие было известно ещё с XIV века под названием кончара. Причиной его появления (вернее, заимствования у тюркских народов, которые, в свою очередь, скопировали китайский дааб) было, естественно, не бессилие мечей против пластинчатых лат, а большая эффективность граненого клинка при пробитии кольчуг, бехтерцев, пеньковых кафтанов и шерстяных бурок.

Кроме того, клинок, имеющий в сечении 3—6 граней, был прочнее, что позволяло сделать меч длиннее и легче, чем он вышел бы с плоским рубящим клинком. При длине лезвия 110 см эсток или кончар весили всего 1,2—1,5 кг — вдвое меньше, чем полутораручник аналогичной досягаемости. С другой стороны, такой вес был вполне достаточен для и отбития ударов мечей.

Эстоки, впрочем, не приобрели большой популярности ни на западе, ни на востоке Европы, хотя кое-где и продолжали использоваться даже до XVII века. Слишком неудобен был колющий меч для всадника. Кроме того, на Руси уже с XIV века сварное оружие стало испытывать конкуренцию со стороны дамаскового, а в Европе с начала XVI века появилась предельная сталь, существенно расширившая возможности оружейников.

Применение упругой стали для выделки клинка позволило отчасти вернуть ему рубящие функции при сохранении достоинств эстока. В XVI веке на вооружении европейской кавалерии появились длинные и узкие мечи, хорошо пригодные для нанесения ударов вперёд, но способные и разрубать шлемы. Названия они носили самые различные, — в зависимости от устройства рукояти, но в Европе иногда уже назывались шпагами, а в России, будучи на вооружении рейтарских полков в эпоху Алексея Тишайшего, именовались «седельными мечами», ибо русские находили их слишком длинными и неудобными для ношения на перевязи.

Кавалерийские шпаги при длине клинка 90—100 см весили обычно всего 1,5—1,7 кг и сохраняли типичный для мечей баланс, тем не менее, приемы владения ими уже не походили на принятые для прямого меча прошлых эпох. К рубящему оружию седельные мечи, исключая, разве что, испанские клинки из толедского дамаска, можно было отнести с большой натяжкой. Да и узкий клинок не создавал заметных аэродинамических эффектов. Так что, владели ими, действительно, уже как шпагами или эстоками, — не вращали, а в исходной позиции удерживали не над, а перед собой.

Гарда седельных мечей в этой связи могла бы быть уже и закрытой, но часто ещё продолжала делаться не только открытой, но и полутора- или даже двуручной, — захват меча двумя руками мог потребоваться для отражения удара более тяжёлого оружия.

Несмотря на большую конкуренцию со стороны сабель и палашей, седельные мечи (возможно, из-за своего роскошного облика) продолжали использоваться в Европе и России вплоть до конца XVII века.